Попытайтесь
нарисовать в воображении узкие,
мрачные вагоны застрявшего в
снегах поезда. Снаружи воет вьюга,
внутри вершится убийство. Длинные
коридоры пусты и угрюмы.
Бесконечная россыпь дверей ведет в
унылые купе, отличающиеся лишь
поклажей на полках да
наличием/отсутствием пассажиров.
Недвижимые изваяния еле поводят
головой, сидя или стоя посреди
серых комнат, будто оцепеневшие
зомби. Неброская внешность,
безучастный взгляд и ужасно
растянутые разговоры подчеркивают
атмосферу смертельной тоски.
Тишину изредка прорезают вязкие,
тягучие мотивы, аккурат в моменты
пика страстей, нанося непоправимый
ущерб последним крохам саспенса.
Представьте, каково очутиться в
подобном железном гробу моложавой
девице. Каково очутиться в ее
туфлях… Отказавшись от услуг Пуаро и
сделав из него тем самым
обыкновенного консультанта,
Шелдон
не столько открыл новые горизонты
для развития сюжета, сколько
направил течение романа в
совершенно иное русло. Битый
бельгиец, прикованный к постели по
случаю падения с кушетки (годы не
те, понимаем), переквалифицировался
из хитрого, дотошного следователя в
нерасторопную машину по выдаче
заданий и обработке информации.
Практически Ниро Вульф с
компаньоном Арчи Гудвином на
посылках. Похожие эксперименты
начала 90-х над другим
популярным мозголомом, Шерлоком
Холмсом (серия
Consulting Detective),
наглядно демонстрировали
губительность таких инноваций для
хрупкой концепции. А, тщетно.
Прочитать рецензию »